Итак, у Степного волка было две природы, человеческая и волчья; такова была его судьба, судьба, возможно, не столь уж особенная и редкая. Встречалось уже, по слухам, немало людей, в которых было что‑то от собаки или от лисы, от рыбы или от змеи, но они будто бы не испытывали из‑за этого никаких неудобств. У этих людей человек и лиса, человек и рыба жили бок о бок, не ущемляя друг друга, они даже помогали друг другу, и люди, которые далеко пошли и которым завидовали, часто бывали обязаны своим счастьем скорее лисе или обезьяне, чем человеку. Это ведь общеизвестно. А с Гарри дело обстояло иначе, человек и волк в нем не уживались и уж подавно не помогали друг другу, а всегда находились в смертельной вражде, и один только изводил другого, а когда в одной душе и в одной крови сходятся два заклятых врага, жизнь никуда не годится. Что ж, у каждого своя доля, и легкой ни у кого нет.

   Хотя наш Степной волк чувствовал себя то волком, то человеком, как все, в ком смешаны два начала, особенность его заключалась в том, что, когда он был волком, человек в нем всегда занимал выжидательную позицию наблюдателя и судьи, — а во времена, когда он был человеком, точно так же поступал волк. Например, если Гарри, поскольку он был человеком, осеняла прекрасная мысль, если он испытывал тонкие, благородные чувства или совершал так называемое доброе дело, то волк в нем сразу же скалил зубы, смеялся и с кровавой издевкой показывал ему, до чего смешон, до чего не к лицу весь этот благородный спектакль степному зверю, волку, который ведь отлично знает, что ему по душе, а именно — рыскать в одиночестве по степям, иногда лакать кровь или гнаться за волчицей, — и любой человеческий поступок, увиденный глазами волка, делался тогда ужасно смешным и нелепым, глупым и суетным. Но в точности то же самое случалось и тогда, когда Гарри чувствовал себя волком и вел себя как волк, когда он показывал другим зубы, когда испытывал ненависть и смертельную неприязнь ко всем людям, к их лживым манерам, к их испорченным нравам. Тогда в нем настораживался человек, и человек следил за волком, называл его животным и зверем, и омрачал, и отравлял ему всякую радость от его простой, здоровой и дикой волчьей повадки.

Герман Гессе

однажды

голодая в Филадельфии

я жил в маленькой комнатке

вечер сменяла ночь

и я стоял у окна на третьем этаже

в сумерках и видел кухню 

на втором этаже соседнего дома

и видел как красивая блондинка

обнимает парня и целует его

одолеваемая как видно

страстью

и я стоял и смотрел пока они

не перестали обниматься.

тогда я повернулся и включил свет

в комнате.

увидел шкаф и ящики шкафа

и будильник на шкафу.

взял будильник

с собой в кровать и ебал его

пока не опустились руки.

потом вышел из дома

и блуждал по улицам

пока ступни не покрылись

волдырями.

вернувшись домой

подошел к окну

и посмотрел на второй этаж 

соседнего дома -

свет у них на кухне

был выключен.

Читаю ЖЖ всего недели три. Впечатлений масса. В основном раздражение вызывают некоторые каменты. Демократия, бля. Хуетень. И еще бесят "The тёлки". А Их то откуда тут столько????

Пытаюсь понять правила игры. Пока не в теме. Но ничего. Свое наверстаю.

Пошел за сигаретами в бассейн, купил сигареты, барбовал и две пластинки солпадеина.
Вернулся домой. Видимо сегодня "небассейный" день тоже.